ОДА К ДРУГУ, В 1799 ГОДУ
Пришла печальна старость года, Зима, по осени златой; Осиротела вся природа, Ива́нов, друг любезный мой! Ах, скоро вечности пучина Сего времян поглотит сына, И сей уже не будет год. Его заступит место новый, И, свергнув зимние оковы, Он узрит вновь весны приход.
Так наших дней зима наступит И чувств огонь погасит в нас, Ослабит память, ум иступит И разольет по жилам мраз, Доколе смерть нас не изымет Из уз телесных и подымет Пред нами вечности покров. Мы там в странах святых вселимся, Где с бедством, с нуждой разлучимся, Где нет тиранов, ни рабов.
Но прежде претечем покорно Начертанный судьбами круг; Потщимся с пользой, непозорно, И жить и умереть, мой друг! Прямую изберем дорогу, Вождю надежнейшему - богу Предав себя в святый покров; Окажем к слабым снисхожденье, К порочным жалость, к злым презренье, А к добрым пламенну любовь.
Теперь, Иванов, можем зваться Весенними сынами мы; Еще не скоро прикасаться К нам хладу жизненной зимы: Итак, прилежно ниву вспашем, Чтоб в юношеском сердце нашем Привязанность к добру росла; Чтоб, в жаркую годину лета Огнем благих страстей нагрета, Плоды нам в осень принесла.
Теперь вкруг нас амуры вьются, Из свежих мирт венки плетут, Все удовольствия смеются И все цветы забав растут. Сорвем попавшуюся розу, Но осторожно, чтоб занозу Нам от шипов не получить! А то, мой друг, и прежде сроку Узнаем зиму мы жестоку И для болезней будем жить.
О нет! умеренность благая! Тебе потщимся мы внимать. Твои законы соблюдая, Болезней можем мы не знать; И скуки, дщери пресыщенья, Не убоимся приближенья, Твоим щитом ограждены: Для нас здоровие небесно, Сие твое дитя прелестно, Продлит еще весенни дни.