ОДА К ДРУГУ, В 1799 ГОДУ

 

Пришла печальна старость года,

Зима, по осени златой;

Осиротела вся природа,

Ива́нов, друг любезный мой!

Ах, скоро вечности пучина

Сего времян поглотит сына,

И сей уже не будет год.

Его заступит место новый,

И, свергнув зимние оковы,

Он узрит вновь весны приход.

 

Так наших дней зима наступит

И чувств огонь погасит в нас,

Ослабит память, ум иступит

И разольет по жилам мраз,

Доколе смерть нас не изымет

Из уз телесных и подымет

Пред нами вечности покров.

Мы там в странах святых вселимся,

Где с бедством, с нуждой разлучимся,

Где нет тиранов, ни рабов.

 

Но прежде претечем покорно

Начертанный судьбами круг;

Потщимся с пользой, непозорно,

И жить и умереть, мой друг!

Прямую изберем дорогу,

Вождю надежнейшему - богу

Предав себя в святый покров;

Окажем к слабым снисхожденье,

К порочным жалость, к злым презренье,

А к добрым пламенну любовь.

 

Теперь, Иванов, можем зваться

Весенними сынами мы;

Еще не скоро прикасаться

К нам хладу жизненной зимы:

Итак, прилежно ниву вспашем,

Чтоб в юношеском сердце нашем

Привязанность к добру росла;

Чтоб, в жаркую годину лета

Огнем благих страстей нагрета,

Плоды нам в осень принесла.

 

Теперь вкруг нас амуры вьются,

Из свежих мирт венки плетут,

Все удовольствия смеются

И все цветы забав растут.

Сорвем попавшуюся розу,

Но осторожно, чтоб занозу

Нам от шипов не получить!

А то, мой друг, и прежде сроку

Узнаем зиму мы жестоку

И для болезней будем жить.

 

О нет! умеренность благая!

Тебе потщимся мы внимать.

Твои законы соблюдая,

Болезней можем мы не знать;

И скуки, дщери пресыщенья,

Не убоимся приближенья,

Твоим щитом ограждены:

Для нас здоровие небесно,

Сие твое дитя прелестно,

Продлит еще весенни дни.