Рассеевает грусть пиров весёлый шум. Вчера, за чашей круговою, Средь братьев полковых, в ней утопив свой ум, Хотел воскреснуть я душою.
Туман полуночный на холмы возлегал; Шатры над озером дремали, Лишь мы не знали сна — и пенистый бокал С весельем буйным осушали.
Но что же? вне себя я тщетно жить хотел: Вино и Вакха мы хвалили, Но я безрадостно с друзьями радость пел: Восторги их мне чужды были.
Того не приобресть, что сердцем не дано, Рок злобный к нам ревниво злобен: Одну печаль свою, уныние одно Унылый чувствовать способен!