Я помню приволье широких дубрав, Я помню край дикий. Там в годы забав, Невинной беспечности полный, Я видел — синелась, шумела вода, — Далёко, далёко, не знаю куда, Катились всё волны да волны.

Я отроком часто на бреге стоял, Без мысли, но с чувством на влагу взирал, И всплески мне ноги лобзали. В дали бесконечной виднелись леса, Туда мне хотелось, — у них небеса На самых вершинах лежали.

С детских лет я полюбил Пенистую влагу, Я, играя в ней, растил Волю и отвагу. В полдень, с брега ниспустясь, В резвости свободной Обнимался я не раз С нимфою подводной; Сладко было с ней играть И, с волною чистой Встретясь, грудью расшибать Гребень серебристый. Было весело потом Мчаться под водою, Гордо действуя веслом Детскою рукою, И, закинув с челнока Уду роковую, Приманить на червяка Рыбку молодую.

Как я и боялся и, вместе, любил, Когда вдруг налеты неведомых сил Могучую влагу сердили, И вздутые в бешенстве яром валы Ровесницы мира — кудрявой скалы Чело недоступное мыли!