Оделося море в свой гневный огонь И волны, как страсти, кипучие катит, Вздымается, бьется, как бешеный конь, И кажется, гривой до неба дохватит; И вот — опоясавшись молний мечом, Взвилось, закрутилось, взлетело смерчом; Но небес не достиг столб, огнями обвитый, И упал с диким воплем громадой разбитой.

Стихнул рокот непогоды. Тишины незримый дух Спеленал морские воды, И, как ложа мягкий пух, Зыбь легла легко и ровно, Без следа протекших бурь, — И поникла в ней любовно Неба ясная лазурь.

Так смертный надменный, земным недовольный, Из темного мира, из сени юдольной Стремится всей бурей ума своего Допрашивать небо о тайнах его; Но, в полете измучив мятежные крылья, Упадает воитель во прах от бессилья.

Стихло дум его волненье, Впало сердце в умиленье, И его смиренный путь Светом райским золотится, Небо сходит и ложится В успокоенную грудь.