Оделося море в свой гневный огонь

И волны, как страсти, кипучие катит,

Вздымается, бьется, как бешеный конь,

И кажется, гривой до неба дохватит;

И вот — опоясавшись молний мечом,

Взвилось, закрутилось, взлетело смерчом;

Но небес не достиг столб, огнями обвитый,

И упал с диким воплем громадой разбитой.

 

Стихнул рокот непогоды.

Тишины незримый дух

Спеленал морские воды,

И, как ложа мягкий пух,

Зыбь легла легко и ровно,

Без следа протекших бурь, —

И поникла в ней любовно

Неба ясная лазурь.

 

Так смертный надменный, земным недовольный,

Из темного мира, из сени юдольной

Стремится всей бурей ума своего

Допрашивать небо о тайнах его;

Но, в полете измучив мятежные крылья,

Упадает воитель во прах от бессилья.

 

Стихло дум его волненье,

Впало сердце в умиленье,

И его смиренный путь

Светом райским золотится,

Небо сходит и ложится

В успокоенную грудь.