Иди, вот уже золото кладем в уста твои, уже мак и мед кладем тебе в руки. Salve aetemum. Красинский

В рот — золото, а в руки — мак и мед; Последние дары твоих земных забот.

Но пусть не буду я, как римлянин, сожжен: Хочу в земле вкусить утробный сон,

Хочу весенним злаком прорасти, Кружась по древнему по звездному пути.

В могильном сумраке истлеют мак и мед, Провалится монета в мертвый рот…

Но через много, много темных лет Пришлец неведомый отроет мой скелет,

И в черном черепе, что заступом разбит, Тяжелая монета загремит —

И золото сверкнет среди костей, Как солнце малое, как след души моей.