Иди, вот уже золото кладем в уста твои,

уже мак и мед кладем тебе в руки. Salve

aetemum.

Красинский

 

В рот — золото, а в руки — мак и мед;

Последние дары твоих земных забот.

 

Но пусть не буду я, как римлянин, сожжен:

Хочу в земле вкусить утробный сон,

 

Хочу весенним злаком прорасти,

Кружась по древнему по звездному пути.

 

В могильном сумраке истлеют мак и мед,

Провалится монета в мертвый рот…

 

Но через много, много темных лет

Пришлец неведомый отроет мой скелет,

 

И в черном черепе, что заступом разбит,

Тяжелая монета загремит —

 

И золото сверкнет среди костей,

Как солнце малое, как след души моей.