Взор мой бродит везде по немой, по унылой пустыне; Смерть в увядшей душе, все мертво в безмолвной природе, Там на сосне вековой завыванию бури внимает Пасмурный вран.
Сердце заныло во мне, средь тягостных дум я забылся: Спит на гробах человек и видит тяжелые грезы; Спит - и только изредка скорбь и тоска прилетают Душу будить!
«Шумная радость мертва; бытие в единой печали, В горькой любви, и в плаче живом, и в растерзанном сердце!" - Вдруг закачал заскрипевшею елию ветер: я, вздрогнув, Очи подъял!
Всюду и холод и блеск. Обнаженны древа и покрыты Льдяной корой. Иду; хрустит у меня под ногою Светлый, безжизненный снег, бежит по сугробам тропинка В белую даль!