Взор мой бродит везде по немой, по унылой пустыне;

Смерть в увядшей душе, все мертво в безмолвной природе,

Там на сосне вековой завыванию бури внимает

Пасмурный вран.

 

Сердце заныло во мне, средь тягостных дум я забылся:

Спит на гробах человек и видит тяжелые грезы;

Спит - и только изредка скорбь и тоска прилетают

Душу будить!

 

«Шумная радость мертва; бытие в единой печали,

В горькой любви, и в плаче живом, и в растерзанном сердце!" -

Вдруг закачал заскрипевшею елию ветер: я, вздрогнув,

Очи подъял!

 

Всюду и холод и блеск. Обнаженны древа и покрыты

Льдяной корой. Иду; хрустит у меня под ногою

Светлый, безжизненный снег, бежит по сугробам тропинка

В белую даль!