Волынский начал поприще службы при Петре Великом. Получив чин генерал-майора, он оставил военную службу и сделался дипломатом: ездил в Персию в качестве министра, был вторым послом на Немировском конгрессе и в 1737 году пожалован в статс-секретари. Манштейн изображает его человеком обширного ума, но крайне искательным, гордым и сварливым. Неосторожность погубила Волынского. Однажды, приметя холодность императрицы Анны к герцогу Бирону, он решился подать ей меморию, в которой обвинял во многом герцога и некоторых сильных при дворе особ: ему хотелось отдалить их. Узнав о сем, жестокий Бирон излил месть на Волынского: его отдали под суд и приговорили к смертной казни (в 1739 году).
«Не тот отчизны верный сын, Не тот в стране самодержавья Царю полезный гражданин, Кто раб презренного тщеславья! Пусть будет муж совета он И мученик позорной казни, Стоять за правду и закон, Как Долгорукий, без боязни.
Пусть будет он, дыша войной, Врагам, в часы кровавой брани, Неотразимою грозой, Как покорители Казани. Пусть удивляет… Но когда Он всё творит то из тщеславья — Беда несчастному, беда! Он сын не славы, а бесславья.
Глас общий цену даст делам, Изобличатся вероломства — И на проклятие векам Предастся раб сей от потомства. Не тот отчизны верный сын, Не тот в стране самодержавья Царю полезный гражданин, Кто раб презренного тщеславья!
Но тот, кто с гордыми в борьбе, Наград не ждет и их не просит, И, забывая о себе, Всё в жертву родине приносит. Против тиранов лютых тверд, Он будет и в цепях свободен, В час казни правотою горд И вечно в чувствах благороден.
Повсюду честный человек, Повсюду верный сын отчизны, Он проживет и кончит век, Как друг добра, без укоризны. Ковать ли станет на граждан Пришлец иноплеменный цепи: Он на него — как хищный вран, Как вихрь губительный из степи!
И хоть падет — но будет жив В сердцах и памяти народной И он и пламенный порыв Души прекрасной и свободной. Славна кончина за народ! Певцы, герою в воздаянье, Из века в век, из рода в род Передадут его деянье.
Вражда к неправде закипит Неукротимая в потомках — И Русь священная узрит Неправосудие в обломках». Так, сидя в крепости, в цепях, Волынский думал справедливо; Душою чист и прав в делах, Свой жребий нес он горделиво.
Стран северных отважный сын, Презрев и казнью и Бироном, Дерзнул на пришлеца один Всю правду высказать пред троном. Открыл царице корень зла, Любимца гордого пороки, Его ужасные дела, Коварный ум и нрав жестокий.
Свершил, исполнил долг святой, Открыл вину народных бедствий И ждал с бестрепетной душой Деянью правому последствий. Не долго, вольности лишен, Герой влачил свои оковы; Однажды вдруг запоров звон — И входит страж к нему суровый.
Проник — и, осенясь крестом, Сказал: «За истину святую И казнь мне будет торжеством! Я мнил спасти страну родную. Пусть жертвой клеветы умру! Что мне врагов коварных злоба? Я посвящал себя добру И верен правде был до гроба!»
В его очах при мысли сей Сверкнула с гордостью отвага; И бодро из тюрьмы своей Шел друг общественного блага. Притек… увидел палача — И голову склонил без страха. Сверкнуло лезвие меча — И кровью освятилась плаха!
Сыны отечества! в слезах Ко храму древнему Самсона! Там за оградой, при вратах, Почиет прах врага Бирона! Отец семейства! приведи К могиле мученика сына; Да закипит в его груди Святая ревность гражданина!
Любовью к родине дыша, Да всё для ней он переносит И, благородная душа, Пусть личность всякую отбросит. Пусть будет чести образцом, За страждущих — железной грудью, И вечно заклятым врагом Постыдному неправосудью.