Поэт, у ног твоих волнуется, как море, Голодная толпа и ропщет, и грозит; Стучится робко в дверь беспомощное горе, И призрак нищеты в лицо тебе глядит, — А ты... изнеженный, больной и пресыщенный, Ты заперся на ключ от воплей и скорбей; Не начиная жить, ты, жизнью устрашенный, Бежал, закрыв глаза от мира и людей. Над книгой ты скорбел, ты плакал над собою, И, презирая труд, о подвигах мечтал, И, в праздности гордясь печалью мировою, Стенаньям гибнущих бесчувственно внимал. Играл ты, как дитя, в искусство и науку. В уютной комнате ты для голодных пел Свою развратную бессмысленную скуку И хлеб чужой, как вор, всю жизнь беспечно ел. Об истине кричал, но в истину не верил, И, чувства мнимого любуясь красотой, Как в зеркале актер любуется собой, — В слезах раскаянья ты лгал и лицемерил!
Что мог бы ты сказать измученному миру? Кому свою печаль ничтожную поешь?.. Твой бесполезный стих — кощунственная ложь Разбей ненужную, бессмысленную лиру!.. С людьми ты не хотел бороться и страдать, Ни разу на мольбу ты не дал им ответа, И смеешь ты себя, безумец, называть Священным именем поэта!..