Посв. Петерсону.
Vae victis!
Колыхается океан ненастный, Высь небесную кроет сумрак серый, Удалой пловец держит путь опасный
С твердою верой. Хоть бы бури злость пронеслась над бездной, Хоть бы грянул гром и волна завыла, — Прочен челн его, верен руль железный,
Крепко ветрило. Он с враждою волн спорит сильным спором, Не проглянет ли хоть звезда средь мрака, Не мелькнет ли где, над морским простором,
Отблеск мая́ка? Высота темна, и пространство глухо, В небе нет звезды, нет вдали светила. В грудь тоска легла, онемела духа
Гордая сила. Не найти пути в этой мгле безбрежной, Не послать к умам существа живого, Чрез свирепый шум глубины мятежной, Тщетного зова.
Он напрасную отложил заботу. Гуще стелются полуночи тени; Он улегся в челн, уступая гнету
Тягостной лени. Волны тешатся и, друг другу вторя, Злую песнь твердят; всё темно и дико. Челн уносится по разливу моря…
Море велико.