Посв. Петерсону.

 

Vae victis!

 

 

Колыхается океан ненастный,

Высь небесную кроет сумрак серый,

Удалой пловец держит путь опасный

 

С твердою верой.

Хоть бы бури злость пронеслась над бездной,

Хоть бы грянул гром и волна завыла, —

Прочен челн его, верен руль железный,

 

Крепко ветрило.

Он с враждою волн спорит сильным спором,

Не проглянет ли хоть звезда средь мрака,

Не мелькнет ли где, над морским простором,

 

Отблеск мая́ка?

Высота темна, и пространство глухо,

В небе нет звезды, нет вдали светила.

В грудь тоска легла, онемела духа

 

Гордая сила.

Не найти пути в этой мгле безбрежной,

Не послать к умам существа живого,

Чрез свирепый шум глубины мятежной,

Тщетного зова.

 

Он напрасную отложил заботу.

Гуще стелются полуночи тени;

Он улегся в челн, уступая гнету

 

Тягостной лени.

Волны тешатся и, друг другу вторя,

Злую песнь твердят; всё темно и дико.

Челн уносится по разливу моря…

 

Море велико.