Заводь спит. Молчит вода зеркальная. Только там, где дремлют камыши, Чья-то песня слышится, печальная, Как последний вздох души.

Это плачет лебедь умирающий, Он с своим прошедшим говорит, А на небе вечер догорающий И горит и не горит.

Отчего так грустны эти жалобы? Отчего так бьётся эта грудь? В этот миг душа его желала бы Невозвратное вернуть.

Всё, чем жил с тревогой, с наслаждением, Всё, на что надеялась любовь, Проскользнуло быстрым сновидением, Никогда не вспыхнет вновь.

Всё, на чём печать непоправимого, Белый лебедь в этой песне слил, Точно он у озера родимого О прощении молил.

И когда блеснули звёзды дальние, И когда туман вставал в глуши, Лебедь пел всё тише, всё печальнее, И шептались камыши.

Не живой он пел, а умирающий, Оттого он пел в предсмертный час, Что пред смертью, вечной, примиряющей, Видел правду в первый раз.