Заводь спит. Молчит вода зеркальная.

Только там, где дремлют камыши,

Чья-то песня слышится, печальная,

Как последний вздох души.

 

Это плачет лебедь умирающий,

Он с своим прошедшим говорит,

А на небе вечер догорающий

И горит и не горит.

 

Отчего так грустны эти жалобы?

Отчего так бьётся эта грудь?

В этот миг душа его желала бы

Невозвратное вернуть.

 

Всё, чем жил с тревогой, с наслаждением,

Всё, на что надеялась любовь,

Проскользнуло быстрым сновидением,

Никогда не вспыхнет вновь.

 

Всё, на чём печать непоправимого,

Белый лебедь в этой песне слил,

Точно он у озера родимого

О прощении молил.

 

И когда блеснули звёзды дальние,

И когда туман вставал в глуши,

Лебедь пел всё тише, всё печальнее,

И шептались камыши.

 

Не живой он пел, а умирающий,

Оттого он пел в предсмертный час,

Что пред смертью, вечной, примиряющей,

Видел правду в первый раз.