Жена богатаго степнаго дворянина Рожала каждый годъ, но только дочерей, А ей имѣть хотѣлось сына, Желанье общее отцовъ и матерей. Всѣ средства къ этому она употребляла: Платила щедрою рукой ворожеямъ, Молилась, ѣздила по всѣмъ монастырямъ. Ея молитва не пропала; Она беременна вновь стала, И чуть что не въ аршинъ У ней родился сынъ. Отъ радости такой сосѣдніе дворяне Легли въ крестины на повалъ, Перепился и старъ и малъ И не работали тотъ цѣлой день крестьяне. Заботливая мать Семъ штатныхъ нянюшекъ къ сынку опредѣлила Смотрѣть за нимъ, шить, мыть, носить его, качать, И должно ужъ сказать, Что каждая изъ нихъ съ усердіемъ служила. Старались угождать одна передъ другой. Дитя забавной былъ такой, Что глядя на него, все въ домѣ веселилось. Но вотъ однажды что случилось: Наслѣдникъ маленькой ходить ужъ начиналъ, Сосѣдъ отца и мать на имянины звалъ. Ну! какъ не отлучиться? Не первой это было разъ И на четырнадцать же глазъ, Казалосъ, можно положиться. Уѣхали они — и нянюшка одна. Хвативъ небережно вина. Ушла на печку спать, другая, заболѣла. У третьей своего скопилось много дѣла; Къ четвертой кумъ пришелъ. — Ребенка одного И кинули онѣ надѣясь другъ на дружку, Да какъ на грѣхъ въ рукахъ его Оставили гремушку; Онъ съ нею, идучи по комнатѣ упалъ И въ правой глазъ себѣ концемъ ея попалъ. Насилу нянекъ отыскали; Перепугавшися пришли, Бранились, плакали, кричали, А виноватой не нашли, Что дѣлать? Господамъ всѣ въ ноги повалились, Лишь только изъ гостей тѣ взъѣхали на дворъ. Они ужасно разсердились. Пошелъ тутъ нянькамъ переборъ, Ихъ безъ пощады наказали; Но чтобы глазъ сберечь у сына остальной, Бояринъ съ барыней, подумавъ, приказали Ходить съ тѣхъ поръ за нимъ одной.