Я помню счастливые годы, Когда беспечно и шутя Безукоризненной свободой Я наслаждался, как дитя; Когда в тиши уединенья, Как воплощённый херувим, Тревогой горя и сомненья Я не был мучим и томим. С каким восторгом непонятным Тогда час утра я встречал, Когда над полем необъятным Восток безоблачный пылал И серебристыми волнами, Под дуновеньем ветерка, Над благовонными лугами Паров вставали облака! С какою детскою отрадой Глядел я на кудрявый лес, Весенней дышащий прохладой, На свод сияющих небес, На тихо спящие заливы В зелёных рамах берегов, На блеск и тень волнистой нивы И на узоры облаков… То были дни святой свободы, Очарованья и чудес На лоне мира и природы,— То на земле был рай небес! Пришла пора… иные строки В страницах жизни я прочёл, И в них тяжёлые уроки Уму и сердцу я нашёл. О, если б в пору перехода Из детства в зрелые года Широкий путь моя свобода Нашла для скромного труда! Согретый мыслию живою, Как гражданин и человек, Быть может, светлою чертою Тогда б отметил я свой век! Но горек жребий мой суровый! И много сил я схоронил, Пока дорогу жизни новой Средь зла и грязи проложил! И грустно мне, и стыдно вспомнить Ничтожность прожитых годов; Чтоб пустоту их всю пополнить, Отдать полжизни б я готов! Но дни идут, идут бесплодно… И больно мне, что и теперь Одною мыслью благородной Я не загладил их потерь! Что в массу общего познанья Другим взыскательным векам, Как весь итог существованья, Я ничего не передам, И одинокий, без значенья, Как лишний гость в пиру чужом, Ничтожной жертвою забвенья Умру в краю моём родном!