Аппетит выздоровлянский, Сон, — колодцев бездонных ряд, и осязать молчание буфета и печки час за часом. Знаю, отозвали от распада те, кто любят… Вялые ноги, размягченные локти, сумерки длинные, как томление. Тяжело лежит и плоско тело, и желание слышать вслух две-три лишних строчки, — чтоб фантазию зажгли таким безумным, звучным светом… Тело вялое в постели непослушно, Жизни блеск полупонятен мозгу. И бессменный и зловещий в том же месте опять стал отблеск фонаря… · · · · · · · · · · Опять в путанице бесконечных сумерек. Бредовые сумерки, я боюсь вас.