Весенний ветер перебивает рассуждение о поэте, доверившемся редактору. Вместо литературных обещаний стихотворение предлагает верить воробьям, чудесам и самым обыкновенным городским приметам оттепели. Облака, голые прутики, торцовая мостовая и съехавшая льдина образуют живую среду, способную ответить поэту смехом. Лёгкая сатира не отделена от радости наблюдения. Публикация и выбранная редакция Известная ранняя публикация: 1910 («Садок судей I», с. 65, по комментарию избранного). Точная дата создания не установлена. Верхняя граница в сведениях о написании — 1910; она не превращена в точную дату. Выбран полный текст электронной передачи избранного 2001 года в современной орфографии, с исходными отступами и группами. Современные вступительные статьи, примечания и изображения не включены. Строки и композиция Сохранены 15 печатных стихотворных строк в 1 группах. В двух электронных передачах проверены все слова, порядок и границы групп; различие тире носит типографский характер. Независимость электронных передач и тождество печатному скану не установлены. Регулярный метр и общая схема рифмовки не установлены.
Радость летает на крыльях, И вот весна, Верит редактору поэт; Ну — беда! Лучше бы верил воробьям В незамерзшей луже. На небе облака полоса — уже — уже… Лучше бы верил в чудеса, Или в крендели рыжие и веселые, Прутики в стеклянном небе голые. И что сохнет под ветром торцов полотно. Съехала льдина с грохотом. Рассуждения прервала хохотом. Воробьи пищат в весеннем Опрокинутом глазу. — Высоко.
Отступы и границы групп сохранены; регулярный метр и общая схема рифмовки не установлены.
Впечатления, вопросы и разговор о прочитанном.
Действия с комментарием: правая кнопка мыши или Shift + F10. На телефоне нажмите значок реакции или удерживайте комментарий.
Задайте вопрос или поделитесь тем, что осталось с вами после чтения.