Садится солнце. Едем тише... Вдали виднеется село. Чернеют хат беленых крыши И ветхой мельницы крыло.
Вот подъезжаем, - хаты, хаты - И зелень яркая вкруг хат; Садочки вишнями богаты, И сливы зрелые висят.
И там и сям кусты калины, И мак качает головой, И рдеют ягоды рябины, Как щеки девушки степной.
И залюбуешься невольно Житьем привольным степняка. "Здесь отпрягай, ямщик, - довольно: Нам дальше ехать не рука!..
Знать, люди здесь молились богу; Смотри: какая благодать!.. Здесь отдохнем и в путь-дорогу Тихонько тронемся опять..."
Стемнело вдруг... Заря алеет; С лугов прохладою несет, Зеленой степи даль синеет, - И тихий вечер настает.
С полей вернулися девчата, Пришли и парубки с работ - И собрались у ветхой хаты, Где старый дед-кобзарь живет.
"Сыграй-ка, старый, нам, дедуся, - Кричат девчата старику: - Про "Грица" или про "Марусю", Про ту, что кинулась в реку". -
"Ой, надоели вы, девчата", - Старик ворчит; а сам берет Со стенки кобзу, и у хаты Он сел, - играет и поет.
Поет, и льется песня стройно И жжет сердца девчат огнем... А ночка синяя покойно Плывет над дремлющим селом.