Я был свидетелем печального обряда. Я видел красоту, увядшую в весне: Подруги томные, предавшись в тишине Заботе горестной последнего наряда, Ей приготовили румяные цветы И возложили их трепещущей рукою На тихое чело отцветшей красоты, И облекли ее лилейной пеленою. И в очередь свою, с унынием очей, Подруга каждая приближилася к ней: Последний знак любви, последнее лобзанье Ей отдали они при воплях и рыданье.
Но я смотрел на гроб без жалости и слез; Я тайно чувствовал везвестную отраду: О дева прелести, ты лучшую награду За жизнь минувшую прияла от небес! Почия тихим сном без ропота и муки Еще не пресупив предела лучших дней, Не испытала ты болезненной разлуки С неверною красой и радостью своей: «И, неизменная в живом воспоминанье, Ты будешь для души как сладкое мечтанье.»