Ты неведомое, незнамое, Без виду, без образа, Без имени-прозвища! Полно гнуть меня ко сырой земле, Донимать меня, добра молодца! Как с утра-то встану здоровёшенек, Здоровёшенек, кажись гору сдвинул бы, А к полудню уже руки опущаются, Ноги словно ко земле приросли. А подходит оно без оклика, Меж хотенья и дела втирается, Говорит: «Не спеши, добрый молодец, Ещё много впереди времени!» И субботу называет пятницей, Фомину неделю светлым праздником. Я пущуся ли в путь-дороженьку, Ан оно повело просёлками, На полпути корчмой выросло; Я за дело примусь, ан оно мухою Перед носом снуёт, извивается; А потом тебе же насмехается: «Ой, удал, силен, добрый молодец! Ещё много ли на боку полёжано? Силы-удали понакоплено? Отговорок-то понахожено? А и много ли богатырских дел, На печи сидючи, понадумано? Вахлаками других поругано? Себе спину почёсано?»