She walks in beauty like the night. Byron
Тень ангела прошла с величием царицы: В ней были мрак и свет в одно виденье слиты. Я видел темные, стыдливые ресницы, Приподнятую бровь и бледные ланиты. И с гордой кротостью уста ее молчали, И мнилось, если б вдруг они заговорили, Так много бы прекрасного сказали, Так много бы высокого открыли, Что и самой бы стало ей невольно И грустно, и смешно, и тягостно, и больно...
Как воплощенное страдание поэта, Она прошла в толпе с величием смиренья; Я проводил ее глазами, без привета, И без восторженных похвал, и без моленья... С благоговением уста мои молчали — Но... если б как-нибудь они заговорили, Так много бы безумного сказали, Так много бы сердечных язв раскрыли, Что самому мне стало б вдруг невольно И стыдно, и смешно, и тягостно, и больно...