Сын цитерския богини, О Эрот, Эрот прекрасный! Я твои вспеваю стрелы, Стрелы, коими пронзаешь Ты сердца и вспламеняешь. Власть твоя на всех простерта: Ты морями и землею, Сын Цитеры, обладаешь. Бесполезно удаляться, Силиться и противляться Смертным против стрел Эрота; Что у нас в сердцах врожденно, Тем владеет он и правит, И себя Эрот чем славит, Терпим то непринужденно. Нет таких пустыней диких, Нет таких лесов дремучих, Нет жилища, нет пещеры, Нет щитов, ни обороны, Нет убежища на свете, Где бы стрел его укрыться. Крепки стены разрушает, Тяжки узы разрешает Сын цитерския богини. Вы, угрюмы философы, Сколько смертных ни учите Слабости бежать любовной, Лишь Эрот вселится в очи, Иль в уста, в уста прелестны, Или в речи, или в разум, — Тотчас сердце распалится, Важность мыслей удалится. Вы, которые смеетесь Сердцу, страстью воспаленну, И одну являть суровость Почитаете за славу! Вы любви еще не знали, Или не люди родились. Ты, о старость хладнокровна! Не ропщи против любови; Не ее ты покидаешь, Но оставлена ты ею. Если б льзя изображаться На сердцах любовным язвам И студеная кровь ваша Коль могла бы загореться От приятностей любовных, — Вы подобно бы затлелись, Как во младости горели. Только в сердце, богу верном, Только в мыслях просвещенных Он не смеет воцариться; И, владея всех сердцами, Сих сердец Эрот боится.