Окончен пир войны. К красавице своей, Любви к неистощимым благам Стремится воин твердым шагом С кровавых Марсовых полей. «На родину иду, иду я к деве милой! На родине опять узрю светило дня, А ты, души моей светило, Быть может закатилось для меня! Предчувствие мои туманит взоры, Пустъ сбудется оно! К утратам я привык, На громозвучные укоры Мой не подвигнется язык. Быть может вздох одии из груди очерствелой, Как ветерок, мгновенно проскользнет, Но буря страсти не взорвет Моей души, в боях перегорелой. Я выдержу напор грозы, Я отступлю от храма наслаждений И не унижусь до молений, Не выжму из очей слезы! Мечта цвела, мечта увянет, Замрет кипение в крови, И грудь свинцовым гробом станет, Где ляжет прах моей любви. А ежели порой рассудку в ясны очи Начнет фантазия вдувать свой сладкий дым И крылья темные, как ткань волшебной ночи, Расширит обаятельно над ним, — Я брошусь на коня, и сын донского брега Мой буйный умысел поймет, И в даль, и в дичь, и в глушь меня он понесет На молниях отчаянного бега; Или сзову друзей, и вспыхнет шумный пир, И нектар пенистый в фиалах заструится, И песни загремят, и усыпленный мир Моим неистовым весельем огласится; И будет сердца храм открыт Безумным, бешеным утехам, И из него тоска, испуганная смехом, К сердцам бессильным отлетит!»