Уж тело в церкви. Я взошёл Рассеянно. Толпа народа! Покойник зрителей навёл, Как падаль воронов. — У входа Дерутся нищие; тайком Попы о деньгах в жадном споре. Один вопрос у всех кругом: «Кто это умер?» — В каждом взоре Смешное любопытство. — Я Досадовал; мне гадко стало, И злоба тайная меня В душе взбешённой волновала… О! люди, люди!.. Мне на ум Пришли покойного пороки, И про себя, средь тяжких дум, Я вымышлял ему упрёки. Взглянул на гроб его потом… Мне стало грустно… Тощий, бледный, Лежал покойник тихо в нём С улыбкой горькой. Бедный, бедный! Мне стало жаль его, и я Ему сказал: «Спи, мёртвый, с богом! Тревожить не хочу тебя Ни в помыслах, ни в слове строгом», И долго, долго на него Смотрел я с тихим сожаленьем… Когда ж в могилу гроб его Мы опустили с грустным пеньем, — Я бросил горсть земли туда, «Прощай, — шепнул ему уныло, — Ступай же с миром». — Но куда?.. Не знаю — глухо за могилой.