С собачкой, с посохом, с лорнеткой, И с миртовой от мошек веткой, На шее с розовым платком, В кармане с парой мадригалов И чуть с звенящим кошельком
По свету белому Вздыхалов Пустился странствовать пешком. «Прости, жестокая Аглая! — Он говорит в последний раз, И вздох за вздохом, грудь стесняя, Его перерывают глас. — Прости, Макаров, Фебом чтимый, И ты, о Бланк неистощимый, Единственный читатель мой! Вот вам мое благословенье; Кроплю вас тихою слезой». А прочной дружбы в уверенье Кольнув булавкой палец свой, Он на бумажке пишет кровью: «Дышу до гроба к вам любовью, До гроба, или я не Стерн, Или, по крайности, не Верн». Тут он вздохнул, перекрестился, Еще вздохнул, еще... и скрылся.