Холм, острый холм! Быстролётный песок, Что ты стоишь под крестом одинок?
Подле холмы из таких же песков, Только не видно над ними крестов!
А кипарисы твои — чернобыль! Тени Бог дал — будяков насадил!
Ох! Для чего-то ты, холм, вырастал?.. Место в себе человеку ты дал...
Был, как другие холмы, ты холмом, Стал ты могилою — стал алтарём!
И, понятны душе, но незримы очам, Думы вьются с тебя и плывут к небесам...
Ты с открытым лицом смело в небо глядишь, И как будто бы так из себя говоришь:
Не велик, кто велик, а велик, кто умрёт! В малом теле своём вечный сон он несёт.
Для болевших умов, для страдавших душой Приготовлен давно необъятный покой...
Кто бы ни были вы, и куда бы ни шли, Всех вас примет в себя грудь молчащей земли!
Чем печали сильней, чем страданья острей, Тем покой необъятный вам будет милей!..
Вы, кого от решений злой воли не мог Ни закон отвратить, ни помиловать Бог;
Тьмы ненужных, больных, неудачных людей, Тьмы натруженных сил, распалённых страстей;
Легионы обманутых всех величин, Жертвы признанных прав, жертвы скрытых причин,
Жертвы зла и добра и несбывшихся снов... Всем вам вечный покой от рожденья готов!..
Никому не дано так, как людям, страдать, Оттого никому так глубоко не спать!
Оттого-то и холм, бывший только холмом, Став могилой — становится вдруг алтарём!..
И, понятны душе, но незримы очам, Вьются думы с него и плывут к небесам...