О люты человеки! Преобратили вы златые веки В железны времена И жизни легкости в несносны бремена. Сокроюся в лесах я темных Или во пропастях подземных. Уйду от вас и убегу, Я светской наглости терпети не могу, От вас и день и ночь я мучуся и рвуся, Со львами, с тиграми способней уживуся. На свете сем живу я, истину храня: Не трогаю других, не трогай и меня; Не прикасайся мне, коль я не прикасаюсь, Хотя и никого не ужасаюсь. Я всякую себе могу обиду снесть, Но оной не снесу, котору терпит честь. Я ею совести грызения спасаюсь, А ежели она кем тронута когда, Не устрашусь тогда Я всей природы, Иду На всякую беду: Пускай меня потопят воды, Иль остры стрелы грудь мою насквозь пронзят; Пусть молния заблещет, И изо мрачных туч мя громы поразят, Мой дух не вострепещет, И буду я на смерть без огорченья зреть, Воспомня то, что мне за истину умреть. Великий боже! ты души моей свидетель, Колико чтит она святую добродетель, Не гневайся, что мне противен человек, Которого течет во беззаконьи век. Мы пленны слабостьми, пороки нам природны, Но от бесстыдных дел и смертные свободны, И, ежели хотим, Бесстыдно жить себе удобно запретим.