В громкую цитру кинь персты, богиня! Грянь, да, услышав тебя, все народы Скажут: не то ли перуны Зевеса, Коими в гневе сражает пороки? — Пи́ндара муза тобой побежденна; Ты же не игры поешь Олимпийски, И не царя, с быстротою летяща К цели на добром коне сиракузском, Но Александра, царя миролюбна, Кем семиглавая гидра сраженна!
О, вдохновенный певец, Пиндар российский, Державин! Дай мне парящий восторг! Дай, и вовеки прославлюсь, И моя громкая лира Знаема будет везде!
Как в баснословные веки Против Зевеса гиганты, Горы кремнисты на горы Ставя, стремились войною, Но Зевс вдруг кинул перуны — Горы в песок превратились, Рухнули с треском на землю И — подавили гигантов, —
Галлы подобно на россов летели: Их были горы — народы подвластны! К сердцу России — к Москве, доносили Огнь, пожирающий грады и веси… Царь миролюбный подобен Зевесу Долготерпящу людей зря пороки. Он уж готовил погибель Сизифу, И возжигались блестящи перуны; Враг уж в Москве — и взгремели перуны, Горы его под собою сокрыли.
Где же надменный Сизиф? Иль покоряет россиян? — В тяжких ли россы цепях Слезную жизнь провождают? Нет, — гром оружия россов Внемлет пространный Париж!
И победитель Парижа, Нежный отец россиянам, Пепел Москвы забывая, С кротостью галлам прощает И как детей их приемлет. Слава герою, который Все побеждает народы Нежной любовью — не силой!
Ведай, богиня! Поэт беспристрастный Должен пороки показывать мира. Страха не зная, царю он вещает Правду — не низкие лести вельможи! Я не пою олимпийских героев; Славить не злато меня побуждает, — Нет, только подвиги зря Александра, Цитру златую ему посвящаю! Век на ней буду славить героя И вознесу его имя до неба!
Кроткий российский Зевес! Мрачного сердцем Сизифа Ты низложил и теперь, Лавром побед увенчанный, С поля кровавого битвы К верным сынам возвратися!
Шлем свой пернатый с забралом, Острый булат и тяжелы Латы сними — и явися В светлой короне, в порфире Ты посреди сынов верных! В мире опять, в благоденстве Царствуй над ними — и слава Будет вовеки с тобою!