Там круглый год, почти всегда, В угрюмом здании суда, Когда вершить приходит суд, Картины грустные встают; Встают одна вослед другой, С неудержимой быстротой, Из мыслей, слов и дел людских, В чертах, до ужаса живых...
И не один уж ряд имён В синодик скорбный занесён, И не с преступников одних Спадают вдруг личины их: Простой свидетель иногда Важней судимых и суда; Важней обоих их порой Мы сами, в общем, всей толпой!
Но в грудах всяких, всяких дел, Подлогов, взломов, мёртвых тел, Бессильной воли, злых умов, Уродства чувств и фальши слов И бесконечных верениц Холодных душ и нервных лиц, – Заметна общая черта: Незрелой мысли пустота!