В наш век прогресса, знанья, света, Кровавых битв и всяких бед, Что шаг, — то образ для поэта, То для прозаика сюжет. Вихрь жизни в распрях жарких, в спорах, Ну так и мечется в глаза… Но есть такие тормоза, — Нам нужно помнить, — при которых, Смиряясь молча каждый раз, Певцы с прозаиками вместе Должны оканчивать рассказ На самом интересном месте.

Свободна мысль, — конечно, так, — Но не всегда свободно слово, Нам моралист твердит сурово, Что наш язык — наш первый враг. Чтоб оградить свою карьеру И не попасть в невольный грех, Должны мы все сердиться в меру И в меру выражать наш смех. Иной по долгу, тот из мести На каждом слове ловит нас, Так как тут не прервать рассказ На самом интересном месте!..

Жизнь — дантовский, чудесный лес, Но если б будущего тайна Была угадана случайно, Жизнь потеряла б интерес. Любви нет в мире без волненья, Как знанья без гипотез нет; Силён намёками поэт И мысли вечное движенье Так увлекает нас весь век, По одиночке и всех вместе, Что жизнь кончает человек На интересном самом месте.

Французско-прусская война Была бы по сердцу всегда нам, Когда бы Бисмарком она Была окончена Седаном. Герой второго декабря Попался в плен. Ещё ли мало? Но крови пролились моря, Земля от пушек застонала И Бисмарк в ужас две страны Поверг за призрак ложной чести И прекратить не мог войны На интересном самом месте.

Я предсказал бы в наши дни Успех романам многим, драмам, Когда б кончалися они На интересном месте самом. Назваться мудрым может тот Среди общественной арены, Кто сходит вовремя со сцены, Иль вовремя перо кладёт; Кто в юных грёзах о невесте Любовью сердце освежит, Но Гименея избежит На самом интересном месте.

Блажен, кто нити рвёт интриг На самом месте интересном, Кто, встретясь с сыщиком известным, Умеет сдерживать язык; Кто не был «по делам печати» Гоним, как истинный мудрец, Иль просто даже, наконец, Кто умереть умеет кстати… Интересуют нас вдвойне Все в мире новости и вести, Когда вдруг порваны оне На самом интересном месте.

А ты, наш будущий поэт, (Не обращаюсь к настоящим Затем, что, кажется, их нет), Чтоб поколеньям восходящим Ты пользу книгою принёс И почитался как феномен, Будь как оракул полутёмен, Какой бы не решал вопрос, И только вспомнишь об аресте Прекрасной книги, мой певец, То смело подпиши «конец» На самом интересном месте.

О, сдержанность! Тебя пою! С неволей ладя поневоле, Так приучил к смиренной доле Я музу пылкую мою, Что стал «поэтом без укора» И не страшусь в сознании сил Ни прокурорского надзора, Ни красных, цензорских чернил. А вы, читатели, вы взвесьте Мои слова. Их смысл глубок: Читать умейте между cтрок На интересном самом месте.