В море царевич купает коня, Слышит: «Царевич! взгляни на меня!»

Фыркает конь и ушами прядет, Брызжет и плещет, и дале плывет.

Слышит царевич: «Я царская дочь! Хочешь провесть ты с царевною ночь?»

Вот показалась рука из воды, Ловит за кисти шелко́вой узды.

Вышла младая потом голова, В косу вплелася морская трава.

Синие очи любовью горят, Брызги на шее как жемчуг дрожат.

Мыслит царевич: «Добро же! постой!» За́ косу ловко схватил он рукой.

Держит, рука боевая сильна: Плачет, и молит, и бьется она.

К берегу витязь отважно плывет; Выплыл; товарищей громко зовет:

«Эй вы! сходитесь, лихие друзья! Гляньте, как бьется добыча моя...

Что ж вы стоите смущенной толпой? Али красы не видали такой?»

Вот оглянулся царевич назад: Ахнул! Померк торжествующий взгляд.

Видит, лежит на песке золотом Чудо морское с зеленым хвостом;

Хвост чешуею змеиной покрыт, Весь замирая, свиваясь, дрожит.

Пена струями сбегает с чела, Очи одела смертельная мгла.

Бледные руки хватают песок, Шепчут уста непонятный упрек...

Едет царевич задумчиво прочь. Будет он помнить про царскую дочь!