Меня, во мраке и в пыли Досель влачившего оковы, Любови крылья вознесли В отчизну пламени и слова. И просветлел мой тёмный взор, И стал мне виден мир незримый, И слышит ухо с этих пор, Что для других неуловимо.
И с горней выси я сошёл, Проникнут весь её лучами, И на волнующийся дол Взираю новыми очами. И слышу я, как разговор Везде немолчный раздаётся, Как сердце каменное гор С любовью в тёмных недрах бьётся, С любовью в тверди голубой Клубятся медленные тучи, И под древесною корой, Весною свежей и пахучей, С любовью в листья сок живой Струёй подъемлется певучей. И вещим сердцем понял я, Что всё рождённое от Слова, Лучи любви кругом лия, К нему вернуться жаждет снова; И жизни каждая струя, Любви покорная закону, Стремится силой бытия Неудержимо к Божью лону; И всюду звук, и всюду свет, И всем мирам одно начало, И ничего в природе нет, Что бы любовью не дышало.
<1851 или 1852 (?)>