Если мне объявят боги: «Здесь ты горе будешь пить!» — Я скажу: «Вы очень строги! Но я все ж останусь жить».
Горько ль мне — я разделяю С милой слезы в тишине! Что ж на небе, я не знаю, Да и знать не нужно мне!
Мне великую науку Дед мой доктор завещал: «Дружбою,— он пишет,— скуку И печаль я исцелял;
От любви лечил несчастной Состаревшимся вином; Вообще же безопасно Все лечить несчастья — сном».