Ироничное стихотворение о кошачьей независимости, посвящённое Максимилиану Волошину. Домашняя привязанность сталкивается с непримиримым стремлением к свободе.
Здесь можно объяснить непонятное слово, обычай или предмет из этого произведения.
Максу Волошину
Они приходят к нам, когда У нас в глазах не видно боли. Но боль пришла — их нету боле: В кошачьем сердце нет стыда!
Смешно, не правда ли, поэт, Их обучать домашней роли. Они бегут от рабской доли: В кошачьем сердце рабства нет!
Как ни мани, как ни зови, Как ни балуй в уютной холе, Единый миг — они на воле: В кошачьем сердце нет любви!
Сохранены строки, строфы и относительные отступы выбранного издания.
Комментариев пока нет. Здесь появится первое реальное сообщение читателя.
Пятнадцатилетие переживается как потеря детской свободы. Воспоминания об играх на природе противопоставлены новым запретам и неизвестности взросления.
Домики старой МосквыПрощание со старинными московскими домами, уступающими место многоэтажной застройке. Архитектурные детали хранят память о семейном прошлом и исчезающем укладе.
Осень в ТарусеОсеннее утро у Оки, далёкие бубенчики и голоса на гумне возвращают память о золотых днях юности. Лёгкий пейзаж постепенно наполняется чувством утраты.
Лесное царствоПосвящённая Асе лесная сказка о принцессе и рыцаре превращается в размышление о краткости юности. Костёр, лунная дорога и весенние звуки сопровождают влюблённых.
МолитваЮная героиня обращается к Богу с жаждой чуда и всех возможных судеб сразу. Раннее стихотворение передаёт предельную напряжённость мечты, любви к жизни и страха её ограниченности.
В ПарижеСреди шумного Парижа героиня чувствует одиночество и тоску по Москве. Театр, литературные образы и личная память оказываются ближе праздничного города.