Я полюбил её с тех пор, Когда печальный, тихий взор Она на мне остановила, Когда безмолвным языком Очей, пылающих огнём Она со мною говорила. О, как безмолвный этот взор Был для души моей понятен, Как этот тайный разговор Был восхитительно приятен! Пронзённый тысячами стрел Любви безумной и мятежной, Я, очарованный, смотрел На милый образ девы нежной; Я весь дрожал, я трепетал, Как злой преступник перед казнью, Непостижимою боязнью Мой дух смущённый замирал. Полна живейшего вниманья К моей мучительной тоске, Она, с улыбкой состраданья, Как ропот арфы вдалеке, Как звук волшебного напева, Мне чувства сердца излила. И эта речь, о дева, дева! Меня, как молния, пожгла. Властитель мира, Царь небесный! . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Она, мой Ангел, друг прелестный, Она — не может быть моей!… Едва жива, она упала Ко мне на грудь; её лицо, То вдруг бледнело, то пылало; Но на руке её сверкало Ах! обручальное кольцо!… Свершилось всё!.. кровавым градом Кольцо невесты облило Моё холодное чело… Я был убит землёй и адом… Я встал, отбросил от себя Её обманчивую руку И, сладость жизни погубя, Стеснив в груди любовь и муку, Ей на ужасную разлуку Сказал: «Прости, забудь меня! Прости, невеста молодая, Любви торжественный залог! Прости, прекрасная чужая Со мною смерть — с тобою Бог! Спеши на лоно сладострастья, На лоно радостей земных, Где ждёт тебя в минуту счастья Нетерпеливый твой жених; Где он с владычеством завидным Твой пояс девственный сорвёт, И с самовластием обидным Своею милой назовёт. Люби его: тебя достоин Судьбою избранный супруг; Но помни дева, — я покоен: Твой долг мучитель, а не друг. Печально, быстро вянут розы На зное летнем без росы; В темнице душной моют слёзы Порабощённыя красы.» Далёко, долго раздавался Стон бедной девы над кольцом, И с шумной радостью примчался За нею суженый с попом. Напрасно я забыть былое Хочу в далёкой стороне: Мне часто видится во сне Кольцо на пальце золотое. Хочу забыть мою тоску, Твержу себе: она чужая; Но, бесполезно изнывая, Забыть до гроба не могу.