Когда, мой друг, в часы одушевленья…

Когда, мой друг, в часы одушевленья Далёких лет прекрасное значенье Предузнаёт восторженный твой ум, — Как я люблю свободу этих дум!

Как радостно словам твоим внимаю, А между тем и помню я и знаю, Что нас судьба неверная хранит, Что счастию легко нам изменить

И, может быть, в те самые мгновенья, Когда на грудь твою в самозабвенье Склоняюсь я горячей головой, Быть может, рок нежданною грозой, Как Божий гром, закрытый облаками, Уже готов обрушиться над нами.