Когда любовь охватит нас Своими крепкими когтями, Когда за взглядом гордых глаз Следим мы робкими глазами, Когда не в силах превозмочь Мы сердца мук и, как на страже, Повсюду нас и день и ночь Гнетет всё мысль одна и та же, Когда в безмолвии, как тать, К душе подкра́дется измена, — Мы рвемся, ропщем и бежать Хотим из тягостного плена. Мы просим воли у судьбы, Клянем любовь — приют обмана, И, как восставшие рабы, Кричим: «Долой, долой тирана!»
Но если боги, вняв мольбам, Освободят нас от неволи, Как пуст покажется он нам, Спокойный мир без мук и боли.
О, как захочется нам вновь Цепей, давно проклятых нами, Ночей с безумными слезами И слов, сжигающих нам кровь... Промчатся дни без наслажденья, Минуют годы без следа, Пустыней скучной, без волненья Нам жизнь покажется... . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Тогда, Как предки наши, мы с гонцами Пошлем врагам такой привет: «Обильно сердце в нас мечтами, Но в нем теперь порядка нет, Придите княжити над нами...»
1870-е годы