Ум свой в думы погрузив, За столом сидел калиф. Пред владыкой величавым Раб трепещущий его Блюдо с пышущим пилавом Опрокинул на него.
Грозен, страшен, как судьба, Посмотрел он на раба; Тот, готов расстаться с светом, Прошептал полуживой: "Рай обещан Магометом Тем, кто гнев смиряет свой".
"Не сержусь", — сказал калиф, Укрощая свой порыв. Ободряясь, отирает Раб холодный пот с чела. "Рай — и тем, — он продолжает, — Кто не памятует зла".
"Забываю". — Веселей Стал калиф, а раб смелей: "Надо в светлый рай для входа И за зло платить добром". — "Раб! Дарю тебя свободой И осыплю серебром".
От восторга раб едва Мог опомниться сперва, Пораженный этим чудом, — А калиф смотрел, признав Самым вкусным сердцу блюдом Опрокинутый пилав.