(Посв. М. Л. Михайлову)
Гром и шум. Корабль качает; Море тёмное кипит; Ветер парус обрывает И в снастях свистит.
Помрачился свод небесный, И, вверяясь кораблю, Я дремлю в каюте тесной… Закачало — сплю.
Вижу я во сне: качает Няня колыбель мою И тихонько запевает — «Баюшки-баю!» Свет лампады на подушках, На гардинах свет луны… О каких-то всё игрушках Золотые сны.
Просыпаюсь… Что случилось? Что такое? Новый шквал? — «Плохо — стеньга обломилась, Рулевой упал».
Что же делать? что могу я? И, вверяясь кораблю, Вновь я лёг и вновь дремлю я… Закачало — сплю.
Снится мне: я свеж и молод, Я влюблён, мечты кипят… От зари роскошный холод Проникает в сад.
Скоро ночь — темнеют ели… Слышу ласково-живой, Тихий лепет: «На качели Сядем, милый мой!»
Стан её полувоздушный Обвила моя рука, И качается послушно Зыбкая доска…
Просыпаюсь… Что случилось? — «Руль оторван; через нос Вдоль волна перекатилась, Унесён матрос!»
Что же делать? Будь что будет! В руки Бога отдаюсь: Если смерть меня разбудит — Я не здесь проснусь.
Пароход «Тамань». Сентябрь 1850