Вздумал шутник, — шутников не исправить, — Вздумал развалину строить и древность поставить! Глупо, должно быть, развалина прежде глядела... К счастью, что время вмешалось по-своему в дело: Что было можно обрушило и обломало; Тут оно арку снесло, там камней натаскало; Тут не по правилам косо направило фриз; Лишним карниз показался — снесло и карниз! Дождик, шумливый работник, ему помогая, Стукал, долбил, потихоньку углы закругляя; Вихорь свистун налетал, ветерочки юлили, Камни сверлили, чтоб камни податливей были; Зо́ри, румяные сёстры, покровы им ткали, Светом и тенью кроили, плющом ушивали! Розовых пуговок вкруг расплодила восковка; Терний пролез, растолкал, проворчав: «Так мне ловко!» Ива сказала: «Я ветви к земле опущу, Ну, докажите, кто может, что я не грущу!?» Совушка-вдовушка в трещине гнёздышко свила: «Я ли покойничка мужа в ночи́ не любила? Мальчики камнем подшибли его на заборе, Тело его в огороде висит на позоре; Я ли по муже очей своих не проглядела, Я пучеглазою стала, когда овдовела». Стала в развалине совушка вещей душою, С вечера плачется, а замолкает с зарёю!.. Ну и красивой же вышла развалина, право!.. Вот и строитель в углу притаился лукаво: Статуя в землю ушла! Из-под плотной листвы, Бронзовый очерк заметен плеч, ног, головы; Только лица не видать, будто бедному стыдно! Но человеческий облик из зелени видно...