«Здорово, кум Фаддей!» — «Здорово, кум Егор!» — «Ну, каково приятель, поживаешь?» — «Ох, кум, беды моей, что́ вижу, ты не знаешь! Бог посетил меня: я сжег дотла свой двор И по́-миру пошел с тех пор».— «Ка́к-так? Плохая, кум, игрушка!» — «Да так! О Рождестве была у нас пирушка; Я со свечой пошел дать корму лошадям; Признаться, в голове шумело; Я как-то заронил, насилу спасся сам; А двор и всё добро сгорело. Ну, ты как?» — «Ох, Фаддей, худое дело! И на меня прогневался, знать, бог: Ты видишь, я без ног; Как сам остался жив, считаю, право, дивом. Я тож о Рождестве пошел в ледник за пивом, И тоже чересчур, признаться, я хлебнул С друзьями полугару; А чтоб в хмелю не сделать мне пожару, Так я свечу совсем задул: Ан, бес меня впотьмах так с лестницы толкнул. Что сделал из меня совсем не-человека, И вот я с той поры калека».— «Пеняйте на себя, друзья!» Сказал им сват Степан: «Коль молвить правду, я Совсем не чту за чудо, Что ты сожег свой двор, а ты на костылях: Для пьяного и со свечою худо; Да вряд, не хуже ль и впотьмах».