Для нас отчизна только там, Где любят нас, где верят нам. Лермонтов
Вы вновь звучите мне, забытые мотивы, — И дышат сладостной прохладой на меня Зеленые луга и палевые нивы, И, в сени мирные приветливо маня, Кудрявой головой дремучий лес качает И грезой тихою мне душу обвевает…
Молчит моя печаль, утихло в сердце горе, Все боли улеглись, душа чиста, светла… А песнь растет, растет, как в час прилива — море, Исполнена надежд, и света, и тепла… И слышатся мне в ней, полны любви и ласки, О счастии былом чарующие сказки…
Вот бедный уголок, где песней соловьиной Катились дни моей исчезнувшей весны… Всё снова предо мной стоит живой картиной, И — мнится мне — среди глубокой тишины Седая вечность мне кивает головою, И тени прошлого беседуют со мною…
И говорят они про юность золотую, Про веру теплую, и грезы, и мечты, Что волновали ум и душу молодую Пред светлым образом добра и красоты… Я жадно внемлю им душой своей тревожной, И радость для меня вновь кажется возможной…
И вечно бы хотел я слышать эти сказки, Забыв, что больше нет уже тех чудных дней, Когда вокруг меня всё полно было ласки, И смело называл я родиной своей Те горы и поля, где — полный юной силы — Цветами убирал отцовские могилы.
В надежде сладостной, в ликующих порывах Не внемля голосу души моей больной: "Не возвратить вовек тебе тех дней счастливых, Как не поднять кустам, нависшим над рекой, Росинок, что с ветвей украдкою скатились И с мутною волной навек соединились…"