Белые клавиши в сердце моём Робко стонали под грубыми пальцами, Думы скитались в просторе пустом, Память безмолвно раскрыла альбом, Тяжкий альбом, где вседневно страдальцами Пишутся строфы о счастье былом…
Смеха я жаждал, хотя б и притворного, Дерзкого смеха и пьяных речей. В жалких восторгах бесстыдных ночей Отблески есть животворных лучей, Светит любовь и в позоре позорного.
В тёмную залу вхожу, одинок, Путник безвременный, гость неожиданный. Лица ещё не расселись в кружок… Вид необычный и призрак невиданный: Слабым корсетом не стянут испорченный стан, Косы упали свободно, лицо без румян.
«Девочка, знаешь, мне тяжко, мне как-то рыдается. Сядь близ меня, потолкуем с тобой, как друзья…» Взоры её поднялись, удивленье тая. Что-то в душе просыпается, Что-то и ей вспоминается … Это — ты ! Это — я!
Белые клавиши в сердце моём Стонут, и плачут, живут под ударами, Думы встают и кричат о былом, Память дрожит, уронивши альбом, Тяжкий альбом, переполненный старыми Снами, мечтами о счастье святом!
Плачь! я не вынесу смеха притворного! Плачь! я не вынесу дерзких речей! Здесь ли, во мраке бесстыдных ночей, Должен я встретить один из лучей Лучшего прошлого, дня благотворного!
Робко, как вор, выхожу, одинок, Путник безвременный, гость убегающий. С ласковой лаской скользит ветерок, Месяц выходит с улыбкой мигающей. Город шумит, и мой дом недалёк… Блёкни в сознаньи, последний венок! Что мне до жизни чужой и страдающей!