Урок литературы

Новый учитель вошел в класс и, ласково поклонившись ученикам, сказал: - Здравствуйте, дети! - Здравствуйте, товарищ учитель! - Все ли в сборе? - А черт его знает! - То есть, как это так?! - А так. Что мы, за хвост будем ловить всякого, кто не пришел? - А все-таки? - Ну вот, например, Евдокимова Андрея нет, Переплюхина Егора... - Что ж они... заболели? - Евдокимов пошел на Сенную, батькин галстук и манжеты загонять, а Переплюхин женится нынче. - Как женится? Вы шутите! - Один такой шутил, - так его на мушку взяли. - Но все-таки! Мальчишке четырнадцать лет, и в такие годы связывать себя на всю жизнь... - Бросьте, товарищ, волноваться: печёнка лопнет. Кой там черт на всю жизнь! Он обещал мне через неделю с ней развестись. Он, товарищ учитель, из-за интересу женится. По расчету: у невесты есть полфунта жиров и две банки сгущенного молока. Отберет, слопает и разведется. Новый учитель вздохнул, свеся голову, и сказал: - Итак, займемся мы сейчас... Дятлов Степан подошел к нему с таинственным видом и шепнул: - Есть комбинация! - То есть? - Отпустите меня сейчас - я вам раза нюхнуть дам... - С ума ты сошел! Что это значит "нюхнуть"? - Кокаинчику... - Пошел на место, скверный мальчишка. Если тебе нужно по делу, я тебя и так отпущу. А подкупать меня этой дрянью!!.. - Да мне по делу и нужно: одно свиданьице. То есть такая девчонка, товарищ учитель, - огонь! Препикантное созданье. Хотите, потом познакомлю? - Пошел вон на место! - Ну, последний разговор: три понюшки хотите? Да другой бы зубами уцепился... - Садись. Итак, господа, сейчас мы займемся Гоголем... - Гоголь-моголь! Неужто устроите? Вот это по-товарищески! Взоры алчно засверкали, языки облизнули губы и все сдвинулись ближе. - Гоголь! Это писатель такой. Взоры у всех потухли, и руки вяло опустились. - Подумаешь, важное кушанье. Знал бы, сразу дёру дал! - Итак, Гоголь: "Мертвые души". - Ловко! Кто ж это их угробил? - Никто. Это умершие крестьяне... - Так-с. Разрешили, значит, продовольственный вопросец. Ну, жарьте дальше. - "В ворота гостиницы губернского города N въехала довольно красивая рессорная бричка, в какой ездят..." - Комиссары, - подсказал Дятлов. - Ничего не комиссары, - усмехнулся учитель. - Это был помещик Чичиков. - Агент Антанты, - догадался кто-то сзади. - "Наружный фасад гостиницы отвечал ее внутренности..." - Понимаем-с. Губчека помещалась! - При чем тут - Губчека? - нетерпеливо поморщился учитель... - "За Чичиковым внесли его пожитки: прежде всего чемодан из белой кожи... ("Миллионов десять стоит!" - вздохнул кто-то сзади). Вслед за чемоданом внесен был ларчик красного дерева, сапожные колодки... ("Знаем мы, для чего эти колодки! При допросах пальцы завинчивают...")... и завернутая в синюю бумагу жареная курица". Все вдруг зашевелились... - Как!.. Как?.. Прочтите еще раз это место: - "Завернутая в синюю бумагу жареная курица..." - Вот буржуй анафемский! - Реквизнуть бы! - Хоть бы ножку одну сковырнуть... Учитель перешел на описание внутренности общей залы, и все опять потухли. Опущенные скучающие головы поднялись только при магических словах: "Чичиков велел подать себе обед". - Как обед!! Какой обед? Ведь у него же жареная курица была?! - "Покамест ему подавали разные обычные в трактирах блюда, как-то: щи со слоеным пирожком, мозги с горошком, сосиски с капустой, пулярка жареная, огурец соленый и вечный слоеный сладкий пирожок..." - Да неужто ж не лопнул?!.. - Брехня!.. - Стой, товарищ! Посчитаем, сколько такой обед должен стоить. Клади на щи с пирожком - пятьсот тысяч, мозги - восемьсот тысяч... - Это, может, твои мозги! Где ты жареные мозги с горошком и хлебом за восемьсот тысяч найдешь? Тут миллионов на шесть будет!.. Учитель усмехнулся. - То, что Чичиков ел в трактире, - вздор! А вот послушайте, чем его угостила Коробочка. "Прошу покорно закусить", - сказала хозяйка. Чичиков оглянулся и увидел, что на столе стояли уже грибки, пирожки, скородумки, шанишки, пряглы, блины, лепешки со всякими припеками: припекой с лучком, припекой с маком, припекой с творогом, припекой с сняточками, и невесть чего не было..." "Пресный пирог с яйцами", - сказала хозяйка. Чичиков подвинулся к пресному пирогу с яйцом и, съевши тут же с небольшим половину, похвалил его. - "А блинов?" - сказала хозяйка. Чичиков свернул три блина вместе и, обмакнув их в растопленное масло, отправил в рот, а губы и руки вытер салфеткой..." - Брехня!.. - Тьфу-ты, черт! - сплюнул кто-то. - А где он еще обедал? - Дело не в этом. Я вам лучше прочту гениальное описание характера как самого Чичикова, так и его слуг. - Нет, к черту! Это мимо. - Не надо! - Ну, описание Собакевича... хотите? Замечательно выпукло. Будто изваян резцом гениального скульп... - А он у него обедал? - Обедал. - Что! Ну-ка что? Чего обедал? - "Щи, моя душа, сегодня очень хороши, - сказал Собакевич, хлебнувши щей и отваливши себе с блюда огромный кусок няни, известного блюда, которое подается к щам и состоит из бараньего желудка, начиненного гречневой кашей, мозгом и ножками. - Возьмите барана! - сказал Собакевич, обращаясь к Чичикову: - это бараний бок с кашей. У меня, когда свинина, всю свинью давай на стол; баранина, - всего барана тащи; гусь, - всего гуся". За бараньим боком последовали ватрушки, из которых каждая была больше тарелки; потом индюк ростом с теленка, набитый всяким добром: яйцами, рисом, печенками и невесть чем!.." - Брехня! - простонал сзади страдальческий голос. - Брехня? - обиделся учитель. - Нет-с, господа, Гоголь не врет! Вы возьмите, как он правдиво описывает характер Плюшкина... - А у него обедал? - Ну, знаете, у Плюшкина не пообедаешь... - К черту тогда Плюшкина! - У кого еще обедал? - У Манилова, у Петуха обедал, завтракал у полицмейстера... Вы послушайте, как прекрасно описан тип полицмейстера... - К черту тип! Что он там завтракал? - "Появилась на столе белуга, осетры, семга, икра паюсная, икра свежепросоленная, селедки, севрюжки, сыр, копченые языки и балыки, - это было все со стороны рыбного ряда. Потом появились изделия хозяйкиной кухни: пирог с головизной, куда вошли хрящ и щеки девятипудового осетра; другой пирог с груздями, пряженцы, маслянцы, взваренцы". - Брехня!! - возопил Кустиков Семен, заткнув уши и мотая головой. - Не может этого быть! Учитель задумчиво и сочувственно оглядел свою паству. Вздохнул: - Нет, это было. - А почему теперь нет? Ну, скажите! Ну? Почему? - Теперь нет потому, что нынешний коммунистический строй, разорив и разрушив экономическую жизнь страны и уничтожив священное право собственности, убил охоту к труду и... Дятлов Степан вдруг вскочил и торопливо крикнул: - Который час? Учитель вынул часы. - Ах, какие красивые! Можно посмотреть? Дятлов Степан подошел, наклонился к жилету учителя, будто рассматривая часы, и шепнул: - О том, что вы говорите, - после доскажете. При Цибикове и Вацетисе нельзя. - Господи! Почему? - Они легавые. В "ве-че-ка" служат. В момент засыпетесь... Учитель снова обвел взглядом худые лица с горящими глазами, в последний раз вздохнул и, ни слова не говоря, забрав своего Гоголя, вышел.