Вечер на Волге

(1816)

Дыханье вечера долину освежило,

Благоухает древ трепещущая сень,

И яркое светило,

Спустившись в недра вод, уже переступило

Пылающих небес последнюю ступень.

Повсюду разлилось священное молчанье;

Почило на волнах

Игривых ветров трепетанье,

И скатерть синих вод сровнялась в берегах.

Чья кисть, соперница природы,

О Волга, рек краса, тебя изобразит?

Кто в облачной дали конец тебе прозрит?

С лазурной высотой твои сровнялись воды,

И пораженный взор, оцепенев, стоит

Над влажною равниной;

Иль, увлекаемый окрестного картиной,

Он бродит по твоим красивым берегам:

Здесь тёмный ряд лесов под ризою туманов,

Гряда воздушная синеющих курганов,

Вдали громада сёл, лежащих по горам,

Луга, платящие дань злачную стадам,

Поля, одетые волнующимся златом, —

И взор теряется с прибережных вершин

В разнообразии богатом

Очаровательных картин.

Но вдруг перед собой зрю новое явленье:

Плывущим островам подобяся, вдали

Огромные суда в медлительном паренье

Несут по лону вод сокровища земли;

Их крылья смелые по воздуху белеют,

Их мачты, как в водах бродящий лес, темнеют.

Люблю в вечерний час, очарованья полн,

Прислушивать, о Волга величава!

Глас поэтический твоих священных волн;

В них отзывается России древней слава.

Или, покинув брег, люблю гнать резвый чёлн

По ропотным твоим зыбям — и, сердцем весел,

Под шумом дружных весел,

Забывшись, наяву один дремать в мечтах.

Поэзии сынам твои знакомы воды!

И музы на твоих прохладных берегах,

В шумящих тростниках,

В час утренней свободы,

С цевницами в руках

Водили хороводы

Со стаей нимф младых;

И отзыв гор крутых,

И вековые своды

Встревоженных дубрав

Их песнями звучали

И звонкий глас забав

Окрест передавали.

Державин, Нестор муз, и мудрый Карамзин,

И Дмитриев, харит счастливый обожатель,

Величья твоего певец-повествователь,

Тобой воспоены средь отческих долин.

Младое пенье их твой берег оглашало,

И слава их чиста, как вод твоих зерцало,

Когда глядится в них лазурный свод небес,

Безмолвной тишиной окован ближний лес

И резвый ветерок не шевелит струёю.

Их гений мужествен, как гений вод твоих,

Когда гроза во тьме клубится над тобою

И пеною кипят громады волн седых;

Противник наглых бурь, он злобе их упорной

Смеётся, опершись на брег, ему покорный;

Обширен их полёт, как бег обширен твой;

Как ты, сверша свой путь, назначенный судьбой,

В пучину Каспия мчишь воды обновленны,

Так славные их дни, согражданам священны,

Сольются, круг сверша, с бессмертием в веках!

Но мне ли помышлять, но мне ли петь о славе?

Мой жребий: бег ручья в безвестных берегах,

Виющийся в дубраве!

Счастлив он, если мог цветы струёй омыть,

И ропотом приятным

Младых любовников шаги остановить,

И сердце их склонить к мечтаньям благодатным.