Прежней наперснице
Ростопчина Евдокия Петровна
Дитя, — вопросами своими,
Молю, мне сердце не пытай!..
Боюсь, что соблазнившись ими,
Проговорюсь я невзначай...
Боюсь, что для тебя нарушу
Я тайну грустную свою, —
Как в-старину, — больную душу
Перед тобой в слезах пролью…
Нет! Нет! Я гордого молчанья
На век дала благой обет…
Не лучше ль утаить страданья,
Которым исцеленья нет?..
Не лучше ль смело любопытных
И посторонних обмануть,
Тоску и боль мучений скрытных
Запрятать в ноющую грудь?..
Не лучше ли предстать на бале
С улыбкой, в полном торжестве,
Чем жертвою прослыть печали,
И на зубок попасть молве?..
Увидя раннее крушенье
Своей надежды и мечты,
Теперь, — умно искать забвенья
В чаду и шуме суеты!..
Для женщины с умом и сердцем
Он не опасен, свет большой!
Она ль откроет иноверцам
Святилище души младой?..
Она ль найдет в толпе холодной
Призыву страстному ответ?
Или меж молодёжью модной
Для тайных дум своих предмет?..
Меж старцев, в обществе пристойном,
Удастся ль ей хоть помечтать,
И снам о счастье беспокойным
Пытливый ум свой открывать?..
Венок душистый, бал, уборы,
О разных вздорах болтовня,
Да скучных Чичизбеев взоры, —
Знак их нечистого огня, —
Всё это ей не искушенье!..
Но вот что гибель для неё, —
В дому пустом уединенье, —
И безотрадное житье!..
Вот что опасно ей: ……
…………………………………………
Да нескончаемая битва
С мечтой и с сердцем молодым…
Да откровенное шептанье
С подругой детства, милой ей,
О жизни робкое гаданье,
И память девичьих затей!..
Так дай же, дай мне позабыться,
В замкнутом сердце не читай!
Хочу кружиться, веселиться, —
О горе мне не вспоминай!..
Под хитрым словом у мужчины
Мысль часто в речи не видна,
Чтоб скрыть немой тоски причины,
Улыбка женщине дана!..