Он умер… Прах его истлевший и забытый,

В глуши, как жизнь его печальная, сокрытый,

Почиет под одной фамильною плитой

Со многими, кому он сердцем был чужой…

Он умер -и давно… О нем воспоминанье

Хранят немногие, как старое преданье,

Довольно темное… И даже для меня

Темнее и темней тот образ день от дня…

Но есть мгновения… Спадают цепи лени

С измученной души - и память будит тени,

И длинный ряд годов проходит перед ней,

И снова он встает… И тот же блеск очей

Глубоких, дышащих таинственным укором,

Сияет горестным, но строгим приговором,

И то же бледное, высокое чело,

Как изваянное, недвижно и светло,

Отмечено клеймом божественной печати,

Подъемлется полно дарами благодати -

Сознания борьбы, отринувшей покой,

И року вечному покорности немой.